Замосковный край (оно же, Замосковье, Замосковные города) – область Руси, историческая!
В XVI–XVII веках охватывала земли в бассейнах верхней Волги, всей Клязьмы, левобережья Оки. На севере упирались в Новгородские пятины. На западе в Смоленщину (супостат западный с чего-то решил, что земли эти он своими считает). На юге в дикое поле. На востоке в Вятку и Пермь Великую.
Все это самое заселенное и экономически развитое ядро Русского государства той эпохи.

Здесь было развитое сельское хозяйство. Основа экономики — трехпольное земледелие. Главные культуры: рожь, овес, ячмень. В Ополье (Владимир, Суздаль) собирали высокие урожаи, обеспечивая хлебом северные уезды. В силу плодородия почв активно развивалось садоводство и огородничество (особенно славились суздальский лук и ростовский чеснок).
Развита промысловая специализация. Районы края начали четко разделяться по ремеслам. На севере развивались лесные промыслы (дегтярный, углежжение, заготовка строевого леса), в Поволжье — текстильное ткачество (льноводство), в Кимрах — сапожное дело, в Павлово — металлообработка и замки. В таком виде деление дойдет до наших времен.
Зарождается мануфактурная индустрия. Возникли всероссийские торжки и ярмарки. Крупные монастыри (например, Троице-Сергиев) выступали огромными экономическими корпорациями, скупавшими и сбывавшими оптовые партии хлеба, соли и рыбы.

Но здесь же самая сложная система построения общества.

Господствующий класс – бояре и дворяне. «Лес рубят – щепки летят»: весь XVII век идет жестокая борьба между двумя равными одноклассниками. Кто кого покажет век XVIII и петровская эпоха.

Духовенство и монастыри. Крупнейшие собственники земли и крестьян. Например, Троице-Сергиев монастырь владел тысячами дворов, обладая судебным и налоговым иммунитетом.

Посадские люди (Горожане), купцы, ремесленники, торговцы. Делились на «лучших» (богатые гости), «средних» и «молодших». Были прикреплены к своим общинам («посадам») и несли тяжелое налоговое бремя (тягло).

Крестьяне: самый многочисленный слой (более 85-90% населения). Делились на владельческих (крепостные бояр, дворян и монастырей) и черносошных / дворцовых (лично свободные, платившие налоги напрямую государству или обслуживавшие царскую семью).

Бобыли. Отдельная специфичная когорта в крестьянстве – дворовые или безземельные люди. Они платили уменьшенный налог и часто нанимались на работу к монастырям или купцам.

Замосковье упразднилось при Петре I. Нет больше границ удерживающих эту силу. Она устремилась в стороны всего света. Она превратилась в русскую цивилизацию. Культурно она оформилось в Замоскворечье, чьим прекрасным певцом стал Островский. Живо оно и по сей день.

Замосковье = Замосковречью.
Эфир русской культуры. Эфир русского кода. Эфир русской цивилизации.

* Главным научным трудом по этой теме считается классическая монография историка Юрия Готье «Замосковный край в XVII веке», изданная в 1906 году.

Русское царство. век XVII.

Купаж парадигм и идей как дальше то жить будем апосля Смуты Великой.

Культура как губка впитывает в себя весь этот купаж. Бурный беспощадный котел, то на что Европа неспособна никогда всегда в себе способна Россия. Архитектура здесь является ярким проявителем этой губки.

Ведь что такое век, или эпоха – это люди совей эпохи, люди своей парадигмы, люди своего образа мышления. Так почему же стиль «Узорочье» самое русское?

Иностранцы, приглашенные в Россию на работу, привозили каждый свою парадигму, свой образ мышления, свою ментальную модель. А век-то на дворе XVII, уже в европейском сознании произошел ментальный переворот «барокко». Так иностранец приезжал в Россию с убеждением превосходства, исключительности (именно это одни из главных событий произошедшие в XVв. в ментальности европейской «культурности»). И эта ментальная особенности иностранца, получая весьма большое тотальное сопротивление, помогала лишь техническими знаниями.

А вот сама парадигма Узорочья, формировалась исключительно русским человеком, в его ментальной модели «делай всё "по образу и подобию" как у предков», но постоянно что-то изменяя, дорабатывая, адаптируя, улучшая. Кульутрогинез (диффузионизм) на условия русского человека.

Это одно из главных завоеваний и событий Великой Смуты – Русский человек вышел из нее с полным убеждением в антиунииаства. Речь Посполитая может кому-то и хорошо, но от нее нам нужны лишь ресурсы, остальное мы сами и без них. Узорочье как бы компромисс, формой договора для всех парадигм мировоззрений где кипел XVII век. Церковная реформа Никона, западники Артамон Матвеев, Василий Голицын, Афанасий Ордин-Нащекин в противовесе с гранитным боярством, стрельцами и "разрядным книгами". Бунты, расколы, пропасти между сословиями.

Этакий купаж парадигм русского человека в культуре, способна собираться на компромиссе. Медленное, постепенное, плавное изменение традиционных норм и табу предков. Но не на всеобъемлющие изменения везде и во всём копипастом под Европу, а улучшения и трансформации консервативных канонов "мира".

У И.Е. Забелин книге «Русское искусство. Черты самобытности в древне-русском зодчестве. / Москва, 1900»: Собор Василия Блаженного "перевод", т.е. копия с существующих церквей. Просто объедено в один (стр.11).

Ну все же, что это такое парадигмы Узорочья (рамки образа мышления):

- Тенденция на поступательную, не радикальную, мягкую трансформацию в изменениях старых культурных и поведенческих норм;

- Не построение новой, кардинального иной, формы культурного выражения, а трансформация, улучшение, дополнение существующих веками архаичных/патриархальных норм и парадигм;

- Существование в период активного начала общения России с Европой различных направлений. Картина маслом. Вот вам исторический контекст: Русское царство. век XVII. После Великой Смуты. В период существования мировоззрения общества позднего средневековья России пронизывают идеи зрелого и позднего Возрождения. Это когда на старое ложится нечто что-то кардинально новое.

- Формирование запроса на изменения (трансформацию), отклик на возможность их проведения в рамках допускаемых послаблений табу и парадигм;

- Принятие более широкого опыта из вне (различных источников), ни как аксиому, а как пример и возможный опты. Разбор на возможность принятия и встраивания опыта из вне в фундаментальные нормы парадигмы;

- Готовность экспериментировать;

- Учет традиционных фундаментальных архаичных табу и норм парадигмы.

Время перешагнуло в XVIII век, аристократия шла от узорочья к новым парадигмам европейской культуры. Обычный русский человек, крестьянин, остался верен своему Узорочью. Это и был его русский код, русский мир. Наличники на окнах в русской деревне, который мы так знаем и ценим сегодня, это и есть русское Узорочье. Со всеми идеями и противоречиями, заложенными в парадигму русского мира. Об этом и писал Гоголь: "Если у русских останется только один хутор, то и тогда Россия возродится". Это деление негативно сыграло с русским обществом, призраки раздела вошли в русский код. Здесь до сих пор живут фантомы длинного средневековья. Пора понять, что это наше преимущество, ведь тот кто его потерял тот уже давно не Рим но тьма небытия.

Когда шум внутри невыносим — выйди в тишину. Природа лечит без слов, без советов, без шума.
Ба Цзинь 巴金
Когда тяжело — иди к природе. Там молчат, но слышат. И лечат лучше любых слов.
Мо-Цзы 墨子
**
Тонкая левитация смыслов слияния китайских смыслов жизни.
Русская культурная традиция устроена иначе, здесь царит своя форму проявление смыслов. Прямое выражение замещено сакральным молчание про безмерно широкое воображение метафизических образов. Этакий легковесный баланс молчаливых образов: Левитана, Шишкина, Саврасова, Поленова; Пушкин, Гоголь, Фет, Толстой. Множество великолепных художников и литераторов, творцов, концепт один.
Всё же.
На природу тянет многих. По разным причинам: рыбалк, шашлыки, грядки зовут, кто-то в поисках былого усадебного, или в потребности духовного монастырского. Кто-то ищет звенящую тишину, замирание времени, вольный простор, ощущение вольного ветра. Та самая нужда в лекарстве от природы.
Мгновения такой тишины даже в ритме большого города становится на вес золота. Таков путь: мгновения ценнее золота.

Most evidence of hockey-like games during the Middle Ages is found in legislation concerning sports and games. The Galway Statute enacted in Ireland in 1527 banned certain types of ball games, including games using "hooked" (written "hockie", similar to "hooky") sticks. By the 19th century, the various forms and divisions of historic games began to differentiate and coalesce into the individual sports defined today. Organizations dedicated to the codification of rules and regulations began to form, and national and international bodies sprang up to manage domestic and international competition.